Ценю каждую минуту. История жизни ВИЧ-инфицированной жительницы Чунского района

Ценю каждую минуту. История жизни ВИЧ-инфицированной жительницы Чунского района

02.12.2017 0

Сегодня о СПИДе говорят в каждом уголке земного шара. Это заболевание является крупномасштабной эпидемией, которая реально угрожает всему человечеству. В преддверии Дня борьбы со СПИДом мне довелось пообщаться с жительницей нашего района, которая имеет статус ВИЧ. Она рассказала мне о своей жизни до страшного диагноза и том, как борется с недугом вот уже 15 лет. Скажу честно, до сих пор под впечатлением от услышанного рассказа. По понятным причинам все имена и фамилии изменены. Итак, мою собеседницу зовут Вера, ей 39 лет, проживает в Чунском районе.

— Вера, расскажи о своём детстве.

— Я росла в многодетной семье. Мои родители обычные люди, работяги. Как самая старшая в семье, я должна была подавать хороший пример четырём своим младшим сёстрам. В доме всегда было весело. Не помню, чтобы мои родители когда-нибудь ссорились. Мы все жили дружно, да что там говорить, и сейчас так живем. Учёба давалась мне очень легко, и все учителя пророчили мне большое будущее. Однако, окончив 11 классов на «4» и «5», я так и не получила ни высшего, ни среднего образования.

— Почему ты не захотела учиться дальше?

— Ох уж эта любовь… В 10-м классе я познакомилась с Витей. Мы ровесники. И нам просто «снесло крышу». Это была такая любовь! Но Витя уже тогда употреблял наркотики. Его родители не раз пытались его лечить, но всё без толку. Все видели в нём только наркомана и вора, а его знала нежным, чутким, любящим, добрым и искренним. Мы с моей близкой подругой Надей поехали в Иркутск поступать, но я узнала, что мой Витя опять сорвался, снова взялся за иглу. И у меня родилась идея, как заставить его бросить наркотики. Я вернулась домой втайне от родителей, на деньги, что они мне давали для проживания в Иркутске, купила дозу и попросила его друзей сделать мне укол. Витя примчался в притон, но я уже была под дозой. Он рыдал, стоя на коленях, проклинал себя, и мне казалось, что план удался. Это был последний день из жизни Веры, той самой, подающей надежды Веры…

А дальше время остановилось. Мы вместе с ним уехали в Иркутск, где кололись, грабили квартиры, продавали наркотики. Так я жила больше трёх лет: наркотики, беспорядочные связи, притоны… Позже я узнала, что Витя умер в тюрьме. Всё это время мои родители усиленно пытались меня спасти, но у них ничего не получалось.

— Как ты узнала о своем диагнозе?

— Родители увезли меня в клинику, где мне пытались помочь справиться с ломкой. Там врачи взяли анализы, после чего сообщили, что я ВИЧ-инфицирована. На маму в тот момент было страшно смотреть, её глаза почернели от слёз. А мне тогда было всё равно, я хотела закрыть глаза, чтобы никто меня не трогал. Просто не хотелось жить.

— Значит, тебя заразил Витя?

— Я не знаю. И от иглы могла заразиться, да и мужчин было много. Да и какое это уже имеет значение?

— И после больницы ты вернулась к родителям? Не побоялась пересудов, сплетен?

— А чего бояться? Про то, как я жила в Иркутске, все знакомые знают, про диагноз, если и знают, то молчат. Да и тогда я ещё полгода была не в себе. Досталось, конечно, моим родным. Мамочка всячески пыталась оберегать меня, словно хотела подарить мне ещё одну жизнь. И ей это удалось. Не раз у меня было желание взяться за иглу. Но мама, видя тревогу в моих глазах, бросала все дела, и крепко меня обнимала. Мы садились на диван, я опускала голову ей на колени, и засыпала, а когда просыпалась, она так и сидела, не двигаясь, боясь меня побеспокоить. Вскоре я начала работать и встретила Диму. Мне пришлось рассказать ему, что от меня лучше держаться подальше, что у меня ВИЧ, но его это не испугало. Мы поженились, и у нас родился Толя.

— И снова захотела жить? И не побоялась рожать?

— Дима появился как раз, потому что я начала жить. Приехав из клиники, я была в прострации. Мама сделала всё, чтобы я ожила. Пришлось тщательно обследоваться, чтобы мне смогли подобрать правильное лечение. Я безоговорочно слушала и продолжаю слушать своих врачей.

Страх родить больного ребёнка, конечно, был, но противовирусная терапия на протяжении всей беременности, и, как результат, мой Толечка здоров. В прошлом году мы уже получили паспорт! Я горжусь своим сыном! Он вырос настоящим мужчиной.

Что касается наркотиков, не скрою, по возвращению из наркологической клиники и до рождения Толика мысли о них меня часто посещали, но до дела не доходило. А когда я впервые взяла на руки своего сына, то слезами смыла все дурные мысли. Сейчас мне кажется, что Витя, притоны, наркотики – всё это было в другой жизни.

Я всегда была авантюристкой. Жила с девизом — в жизни всё нужно попробовать! Играла со своей жизнью, и ВИЧ, наверное, не самое страшное, что со мной могло случиться. Меня уже могло не быть, также как Вити и многих других знакомых. Но, общаясь с людьми, у которых тоже ВИЧ, я такие истории слышала, которые даже меня повергли в шок.

С женщиной познакомилась, о которой даже не подумаешь, что она имеет отношение к ВИЧ. Она работала учителем, всю жизнь одна тянула двоих детей. Но устала от одиночества. Дети, дом, работа… Познакомилась в интернете с мужчиной, встретились. Посидели в кафе в романтической обстановке, провели ночь на съёмной квартире. Это была одна ночь, а результат — ВИЧ. Она рассказывала мне это и плакала. Боялась сказать детям, что их мама, 45-летняя женщина, которая никогда не курила, не пила и с мужчинами не встречалась после гибели их отца, вдруг так себя опорочила. Я пыталась её убедить, что без поддержки близких ей будет сложно, но она так и не смогла им рассказать. Через полгода я узнала, что она умерла.

А ещё я познакомилась с мужчиной, который жил с женой и сыном, и всё у них было хорошо. Но однажды они поссорились, он хлопнул дверью и поехал кататься. В баре познакомился с девушкой, решил жену наказать. Утром протрезвел, помирился с женой. И только через год узнал о своём диагнозе. Говорит, что уже в петлю готов был залезть, но жена и сын не позволили ему это сделать. Они уехали в другой город, и сейчас ждут рождения дочки.

— Почему именно эти истории тебя взбудоражили?

— Они убедили меня в том, что мой девиз в корне не верен. Не всё в этой жизни нужно пробовать. Дух авантюризма как-то поубавился, и уже не хочется прыгать с «тарзанки» вниз головой. Я четыре года назад посмотрела в глаза смерти, но в очередной раз выкарабкалась. Видимо, у Бога на меня есть ещё планы.

— И что же произошло четыре года назад?

— Устала от постоянных лекарств, от больниц. Руки опустились. Болезнь не заставила себя ждать. Результат — месяц в реанимации. И снова врачи меня спасли. А мама сидела у моей постели и взяла на себя воспитание Толика. Ведь мой муж, как и все мужчин беспомощны, если остаются без женской поддержки. Когда выписалась из больницы, мой вес был 39 килограммов. Это был скелет, обтянутый кожей. Но как сказали врачи: ничего, мясо нарастёт. Сейчас я пришла к своему весу. А недавно снова стала мамой. У нас с Димой родился Артём. Пока была в положении, мои мужчины с меня пылинки сдували. А Толик каждый день прислонялся к животу и разговаривал с братом.

— Ты выглядишь очень счастливой, но ведь ВИЧ не даёт возможности расслабиться. Как тебе удаётся так хорошо выглядеть?

— Главное — никогда не сдаваться. С диагнозом ВИЧ жизнь не заканчивается. Мне удалось научиться ценить каждый миг своей жизни, радоваться, что я живу и дышу. Я веду здоровый образ жизни, безоговорочно слушаю врачей, ну самое главное моё счастье – это поддержка близких.

Надежда Хоменко
«Чунский край»